И близится ночь

Для кого эта книга:

• для поклонников семейных саг, исторического фикшна, классики и качественной литературы;

• для тех, кому нравятся книги «Гордость и предубеждение» Джейн Остин, «Маленькие женщины» Луизы Мэй Олкотт, «Джейн Эйр» Шарлотты Бронте и «Грозовой перевал» Эмили Бронте;

• для тех, кто хочет прочитать качественную и глубокую книгу английской писательницы, которая внесла выдающийся вклад в британскую литературу.

Родители

Папа оставил ее, потому что не любил не ее, а жизнь; и, хотя я знала, что иногда у них случались долгие и мучительные ссоры, поскольку, лежа в постелях, мы слышали, как поток их приглушенных слов до поздней ночи переливается туда-сюда в комнате под нами, это были просто споры о том, как жить. Мои родители никогда не ненавидели друг друга. Мама была права: она не потеряла своего счастья.

Умиротворение

Мы сидели в залитой солнцем комнате так непринужденно, словно были не девушками, а цветами. Наши учителя пока еще задавали нам уроки, но наши учебники лежали на столе неоткрытыми. Возможно, мы заглянем в них, когда будем одеваться в понедельник утром, просто чтобы избежать неприятностей.

Кредитор

Хотя ее голос звучал ровно, она дрожала; это было все равно что держать в руках птицу. Но, разумеется, приход кредитора напомнил нам все проступки, совершенные против нас папой, о которых теперь, когда его с нами не было, нам удалось забыть.

Женщины

Хотелось вырасти кем-то другим, нежели женщинами. Хотя наши оформившиеся фигуры делали нас похожими на лучшие статуи, нам не было от них никакого толку, поскольку, где бы мы ни жили, не могли разгуливать нагишом или в древнегреческом одеянии, так что это означало лишь, что наши блузки и корсажи стало сложнее подогнать.

Тюльпаны

Ричард Куин, наш брат-школьник, прибежал из сада и сказал, что посаженные нами тюльпаны наконец-то расцвели и он сейчас приведет маму на них посмотреть. Корделия, которая никогда не верила, что наша семья может в чем-то добиться успеха, воскликнула: «Как, неужели они и впрямь расцвели?»

Вновь порядок

Когда она и ее дочери удалились, время и место вновь пришли в порядок. Мы впервые по-настоящему заметили погожий день за окнами и этот огромный, уродливый, подобающе вместительный дом, который притворялся дворцом, но был чем-то лучшим — комплексом кладовых, набитых небесными сортами джема.